Вольное Поселение эльфов, не-людей и людей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Вольное Поселение эльфов, не-людей и людей » Самиздат » Самиздат это классно


Самиздат это классно

Сообщений 31 страница 32 из 32

31

23

В стане людей царило заметное оживление, причем, когда я проходил мимо солдат и обозников, толпящихся группками тут и там, они бросали на меня заинтересованные взгляды.
Причину этого я выяснил у княжеской «кухни».

Родичи, расслабившись, сидели у стола, а под навесом были свалены туши животных. Причем такого их количества я не ожидал – выходило, так что каждый притащил их леса, какого-то зверя. Там был молодой олень, крупная свинья, подсвинок и четыре лани.

Поодаль поварята раскладывали костер и устанавливали над ним большой вертел, повар суетился, намериваясь начать разделывать оленя, ну и Мар поблизости от него, уже вспорол свинью. Здесь же сновали и кашевары, готовившие для солдат, они утаскивали ланей, чтобы разделать их по месту – там, где уже кипели большие котлы.

Заприметив меня, Харг вышел навстречу, и пока мы приближались к возбужденной группе сородичей, быстренько доложился, что происшествий не было, а после этого указав на подсвинка, сказал:

– Твоя часть.   

На что отреагировал, как было принято у вожака – беззлобно рыкнул.

А еще я отметил, что добычу доверили освежевать Мару. Оно и к лучшему. Может все-таки удастся переложить бремя власти на его плечи.

Зайдя в шатер князя, отпустил Рора, охранявшего его, отведать свежего мяса. Ведь родичи уже приступили к трапезе.

Лаон поднял взгляд от кучи свитков разложенных на столе. 

– Чего ж ты не предупредил, что твои сегодня на охоту пойдут, – эмоционально заявил мне он с некоторой обидой: – Я бы с удовольствием поохотился с ними. А то целый день как книжный червяк просидел, зарывшись в бумаги.

– Ваша Светлость были так заняты, что беспокоить по пустякам вас не стали.

– Ишь, какие заботливые, – саркастически отозвался правитель: – Скажи своим, что завтра я на охоту пойду обязательно!

– Хорошо скажу, – заверил я Лаона и прибавил: – Ваша Светлость, не могли бы вы отправить Титуса, чтобы он  разобрался с библиотекой темных?

– Да забирай! Пускай разбирается, – в сердцах бросил князь, не обратив на кислую мину помощника, сидевшего тут же, никакого внимания.

Ну да, если оставить секретаря в лагере, то он немым укором испортит все удовольствие от охоты.

– Вот еще что. В подвалах дворца светлые нашли зажигательную смесь, ту, что темные использовали для огнеметных машин. А сам я обнаружил замурованный тайник. Но светлым о нем не сказал. Мне подумалось, что вскрывать его лучше только при вас.

–  Да-да, ты правильно сделал, что оставил светлых в неведении. А вскроем мы его на следующей неделе, когда я переду во дворец. Там все готово?

– Да, комнаты для вас прибраны, да и город почти приведен в порядок. Армию будет, где разместить.

На что Лаон покачал головой и, взъерошив волосы, вернулся к бумагам, к вящей радости Титуса.

Впрочем, радовался он не долго. Я в упор посмотрел на него и, взмахнув рукой, рыкнул:

– Че сидишь? Иди, собирайся!

– Иди-иди, – понудил князь секретаря, который посмотрел на него, с мольбой в глазах, и безрадостно поплелся за мной из шатра (поскольку Харг уже занял место подле правителя).

Пока молодой человек собирал свои пожитки, я сидел в кругу родичей за столом. В веселом оживлении они вкушали свежину, предложив как водиться мне. Впрочем, особо голоден я не был, да аппетит перебивать не хотелось. В мои намерения входило-таки отведать мясо приготовленное Раксой.

Титус появился где-то через четверть часа. Он с трудом волок объемистую переметную сумку, половина которой уже была заполнена его вещами. До полного же секретарь набил ее на кухне продуктами. Вернее он озадачил этим повара, вручив ему сумку и какой-то исписанный листок. В итоге этот баул молодой человек едва сдвинул с места.

Вот ведь недоразумение. Но выходило, так что тащить барахло Титуса до конюшни пришлось Рору (он сменит в карауле Мава), а я нес тушу. Погрузившись на лошадей, мы втроем отправились в Нагарат.

Продолжение следует...

0

32

24.

В косых лучах опускавшегося к западу солнца, было трудно рассмотреть, но мне показалось, что Ракса стоит на галерее и сморит в направлении городских ворот. Немного погодя я удостоверился в этом – эльфийка вместе с Мавом вышли нас встречать. Обращаясь к родичу, сказал:

– Расседлай и поставь лошадей в стойла. И можешь ехать в лагерь отдыхать.

На что Мав ответил, вперившись взглядом в тушу подсвинка с предвкушением:

– Я не особо устал. Завтра поеду.

– Ну, завтра, так завтра, – похоже, перспектива отведать на ужин свежеприготовленное мясо его очень прельщала.

Стащив тушу с коня и предоставив Маву заниматься животными, я двинулся к дверям, бросив спутникам «Пошли».

Не тут-то было, неожиданно для меня вид темной привел секретаря в ступор. Спешившись, Титус заметил за спиной у родича женскую фигуру и замер на месте как вкопанный. На лице его при этом было очень странное выражение, смесь неверия и трепета – будто бы прям здесь, среди смерти и разрушения к нему недостойному сошло неземное существо. И лишь мощный толчок Рора локтем под ребра (на это я понудил родича кивком головы) вывел парня из оцепенения – он, отпустил повод и густо покраснев, поплелся за мной. Следом Рор поволок его пожитки.

Первым делом следовало отнести дичь на кухню.

Ракса шла впереди, а за каждым ее движение неотступно следил взглядом человек. «Странный он, ну что так пялиться на эльфа. Будто не видел ни разу» – подумалось мне.
В кухне заметил некоторые изменения. В углу под крюками появился большой поддон из блестящего металла, там я и подвесил порося за задние ноги. А на одном из столов были разложены ножи, составлена различная посуда и сосуды с чем-то прянопахнущим.
Родич, расцепив переметные сумки, оставил ту из них, что была с продуктами здесь.

– Пойдем, покажу, где ты будешь жить, – сказал я молодому человеку и вместе с ним вышел в коридор, за мной так же последовали Ракса и Рор.

Шагая по коридору (чуть впереди остальных), мне в голову пришла мысль, что Титус как образованный человек, наверное, не привык спать на голом матрасе и ему как и эльфийке тоже понадобиться постельное белье. Но уточнить все-таки следовало у него самого:

– Тебе надо, эти… как его… подушку, одеяло и все такое?

– Да конечно, – ответил он таким тоном, будто я спросил надо ли ему дышать.

– Ладно. Ракса даст тебе все что нужно.

Боковым зрением я заметил, как Титус чуть обогнав девушку, развернулся к ней лицом, и набегу изобразив неказистый, поклон с придыханием проговорил:

– Простите эльве, нас друг другу не представили. Так что позвольте мне сделать это самому – я именуюсь Титус и служу личным секретарем князя Лаона из Мавена.

Ракса лишь чуть замедлила шаг, но при этом смогла поклониться в ответ секретарю с невыразимым изяществом и сказала что длинное, сложносоставное – три, а может четыре слова. По всей видимости, это ее полное имя. Единственное что смог из этого запомнить я, было слово, произнесенное в самом конце – Джейракса.

– Миледи! Я невыразимо рад нашему знакомству, – с трепетом в голосе отозвался Титус.

Эльфийка же лишь изобразила на лице вежливую улыбку.

– Ну, вы идете? – рыкнул я через плечо, поскольку из-за всех этих церемоний секретарь отстал от меня сам и задержал девушку.

– Да-да! – смутился парень и припустил за мной.

Ракса заглянула в кладовку с бельем, а мы прошли по коридору дальше в сторону комнаты, предназначенной мной для секретаря. Помещение было скажем прямо маленьким. Однако располагалось оно рядом с большим залом, в котором был камин. Для князя вполне подходящее жилье.

Титус снял с плеча и поставил на стол ящичек с писчими принадлежностями. А родич бросил в ближайший угол его мешок с вещами и удалился, дабы внизу занять место на посту. Минут через пять в дверном проеме появилась темная с постельными принадлежностями. Положив подушку на стул, она начала стелить постель. Густо покраснев, парень бросился к ней со словами:

– Ну что вы миледи. Я сам!

Эльфийка замерла в нерешительности, бросив на меня вопросительный взгляд. Я чуть заметно кивнул, и она оставила свое занятие, но обращаясь к Титусу, сказала:

– Одеяло возьмешь сам? Там в кладовке.

– Да конечно. Благодарю вас за заботу, миледи Ракса, – низко склонив голову, и приложив ладонь к груди, сказал молодой человек.

Она ответила легким кивком и покинула комнату.

Понаблюдав за ним пару минут, я предупредил его, что скоро будет ужин, а завтра с утра он должен приступить к разбору книг в библиотеке. На что Титус поинтересовался, может ли он в случае необходимости обращаться к темной. Ну что ж, если она будет не занята – то может, разрешил я и вышел, направившись в кухню.

Там, напротив весящей туши в нерешительности стояла Ракса, зажав в каждой руке по ножу. Она явно не знала, с какой стороны подступиться к этому делу.

– Сейчас тебе помогу, – сказал я и, взяв из ее руки большой нож, сделал несколько надрезов (на передних ногах около копыт, круговой по шее, вокруг задних копыт, соединив их разрезом по внутренней поверхности окороков и от подхвостья вдоль чрева до горла) и стал снимать шкуру до шеи. Отрезал и отложил голову. Шкуру и потроха сбросил на поддон (все это Ракса сложила в помойную бадью с крышкой).

Эльфийка приблизилась, и уже с уверенным видом, твердой рукой (явно чувствовался опыт обращения с ножом) быстро отрезала от окорока несколько больших, но достаточно тонких кусков, сложила их в большую керамическую чашу, которую отнесла на стол. Мне же подвинула бочонок.

Отрубая от туши, куски я складывал их в бочку, пересыпая солью (тоже дала Ракса, поставив чашку с ней под рукой), после залив с верхом водой, откатил бочонок в ближайший угол.  Кроме того развел в печи огонь, сделать это при помощи горючей смеси темных было очень легко. Взяв несколько поленьев, из лежащей в углу кучи, я стал запихивать деревяшки в топку, обмакнув последнюю в этот состав. Затем бросил туда же кусочек тлеющего трута (искру на него высек огнивом). Огонь вспыхнул мгновенно, незамедлительно перекинувшись на всю древесину. По лицу эльфийки, наблюдающей мои действия, скользнуло удивление, сменившееся явным одобрением.
Ракса тем временем обваливала мясные пластины в смеси специй и один за другим укладывала куски на большую сковороду. Впрочем, жарила она их не долго, лишь чтобы корочка образовалась, внутри же куски оставались сырыми. 

Помыв руки, я вышел в смежное помещение – столовую. Там уже сидели Титус и Мав, причем родич, вытянув нос, с удовольствием принюхивался к запаху свежепожаренного мяса.
Когда шкворчание прекратилось, нетерпение наше достигло предела, распаляемое еще и тем, что эльфийка стала из кухни выносить вначале посуду – нам чашки и кружки, а для себя и Титуса  тарелки из тончайшего фарфора и бокалы из прозрачного стекла, положила серебряные приборы. Далее последовал стеклянный же кувшин наполненный вином, блюдо с засахаренными фруктами и поднос с нарезанным хлебом и луком. И только после этого помпезно вышагивая, Ракса вынесла большое блюдо с жареным мясом, которое водрузила в центре стола. И каждому на тарелку отложила по два куска нам и по одному себе и Титусу.

Мы с Мавом даже нарезать его не заморочились, а взяв в руки, откусывали от целого куска. Ну а эльфийка и человек со всеми подобающими церемониями приступили к трапезе. В общем-то, ели все, не спеша, кроме Мава, он быстро заглотил свою порцию и, облизав пальцы, с довольным видом сказал:

– Пойду Рора сменю. Пусть тоже попробует. Очень вкусно, – последняя фраза, произнесенная с довольным урчанием, адресовалась Раксе.

Должен признать вкус был выдающийся. Никогда не думал о том, что может быть что-то вкуснее свежего, еще теплого мяса, но оказалось что может. Под золотистой, ароматной, хрустящей корочкой было сочное, невероятно нежное мясо, которое буквально таяло на языке. Титус тоже оценил, и не преминул вслух выразить свой восторг:

–  Миледи это поистине божественно! У вас несомненный кулинарный талант! Столь нежного и ароматного мяса я никогда и нигде не пробовал!

Ракса смутившись, опустила глаза, но была явно польщена столь высокой оценкой ее трудов.

Когда в столовую пришел Рор, девушка поставила миску и для него, на которую также положила два куска. Угощение было оценено по достоинству (он даже довольно порыкивал во время еды) и без заминки полностью уничтожено. После чего довольный родич отправился обратно на пост.

Явившийся Мав снова уселся за стол, и стал с грустью изучать, свою пустую тарелку. Заметив это Ракса, с хитрым огоньком в глазах сказала:

– Там на сковороде есть еще один кусок, если ты поможешь мне кое-что отнести, он твой.

Ну, от какого предложения отказаться родич не мог. Поэтому расправившись с добавкой, вынес помойный бак со шкурой и костями к выгребной яме. Впоследствии так и повелось – тот из родичей кто вытаскивал эту тяжесть, получал последний кусок или остатки того что было в котле.

По окончании ужина эльфийка стала собирать посуду. Молодой человек, почему-то смутившись, ринулся ей помогать, на что Ракса спокойно, но твердо сказала:

– Оставьте Титус. Это моя обязанность, – после чего секретарь прекратил попытки помочь, но во время, когда темная отмывала посуду и инвентарь, сидел на кухне подле нее, «развлекая» беседой.

Я же после еды отправился пройтись по дворцу, то есть поднялся на башню и с удовольствием рассматривал в сгущающихся сумерках окружающий ландшафт и даже в наступившей темноте еще некоторое время лицезрел сияющую, пусть и не полную луну и мерцающие звезды. Насладившись этим величественным зрелищем, стал не торопясь спускаться обратно в нашу часть дворца.

Выйдя в коридор второго этажа, и направляясь в свою комнату, заметил, что из открытой двери столовой льется свет. Странно. Они что ли еще не спят? Когда я приблизился и заглянул туда, то мне предстало удивительное зрелище: Ракса с невозмутимым видом сидела у стола, положив на столешницу руки, а Титус эмоционально жестикулируя, что-то декламировал. Похоже, это были стихи. На эльфийском! Да уж!

Дождавшись пока он закончит, вошел в столовую и безапелляционно объявил:

– Поздно уже. Всем спать. У тебя Титус завтра много работы.

Под моим пристальным взглядом Ракса первой покинула помещение. Молодого человека же я задержал. Просто меня мучил один вопрос, на который он, скорее всего, мог ответить. Ну, я и спросил:

–  А чего ты ее «миледи» зовешь? Ведь вы люди, так жену князя называете!

Слова мои отразились на его лице явным потрясением. И до крайности удивленным тоном он сообщил:

– Так она и есть леди. Младшая дочь Темного лорда – правителя Нагарата, – а заметив, что его слова должной реакции у меня вызвали, продолжил с воодушевлением: – О! Это великий род…

Далее последовало восхищенное повествование генеалогии Раксы, с описанием  деяний ее предков. Титус явно к темным не ровно дышал, а нравились они ему куда больше чем светлые. Все эти славословия, которые надо признаться, я пропустил мимо ушей, закончились только когда мы (освещая себе дорогу фонарем) поравнялись с дверями его комнаты. Хотя у меня создалось такое впечатление, что продолжать он может еще долго.

Вернувшись к себе, застал Раксу за причесыванием мокрых волос. Невесть откуда взявшимся гребнем. Да. Оказывается что не так-то она и проста. Леди Ракса.
Это навело меня на мысль что светлые, вероятно были в курсе, кто она есть и отдали мне ее намеренно. Зная отношение светлых к аристократам, срывать свою личность причин у темной не было. Ведь как бы то ни было, а являясь высокородной, пусть и темной Ракса претендовала на особое отношение, как минимум на статус почетной пленницы.
А так, сожрали оборотни дочь местного лорда. Ничего не попишешь – дикие звери. Какие могут быть претензии к светлым. 

Продолжение следует...

0


Вы здесь » Вольное Поселение эльфов, не-людей и людей » Самиздат » Самиздат это классно